3 апреля `19, в 20:43
Интервью Week & Star с Яном Цапником

Интервью Week & Star с Яном Цапником

«Горько!»«Ёлки»«Физрук»«Метод»«День выборов 2» и ещё много-много крутых фильмов и сериалов, в которых ты мог его видеть. 24 марта гостем Week & Star стал актёр Ян Цапник. 25 марта на канале СТС вышел сериал «90-е. Весело и громко», в котором снялся Ян. Он рассказал самое интересное о своей роли, о современном кино и ещё много интересного. Читай интервью ниже или подписывайся на подкаст для iOS или Android.

 

Александр Генерозов: На Европе Плюс замечательный актер. Он наполняет жизнью любую, даже мимолетную роль. Мы смотрим фильмы с ним по телику, мы качаем сериалы с ним на планшеты, любуемся его точной и такой замечательной игрой в кино. Ян Цапник! Здравствуйте, Ян, и привет всем-всем, кто с нами сейчас!

Ян Цапник: Здравствуйте! Привет всем-всем, кто нас слышит.

Александр Генерозов: Вы неоднократно говорили, что ощущаете себя вечным студентом. Это правда?

Ян Цапник: Да, я всегда студент, потому что профессия – это штука хорошая, но в профессии всегда нужно куда-то идти. Как только скажешь себе, что ты актер – все, можно сливать масло и менять профессию.

Александр Генерозов: Я это к чему, на улице начало весны, пьяное время, до сессии пока далеко. Как чувствуют себя студенты в начале весны?

Ян Цапник: Студенты в начале весны чувствуют, по крайней мере, скажу, как раньше мы чувствовали, – что скоро должна быть стипендия, отдадим долги, что-то еще останется, соберемся, поедем в другой город, посмотрим какой-то спектакль, либо нужно делать какие-то этюды. Так что весна хороша всем. И нет комаров.

Александр Генерозов: Возможно, тема 1980-х в одежде и в моде уже себя исчерпала, но тема 1990-х на телеканале «СТС» только начинается. Ян Цапник, актер из нового сериала «90-е. Весело и громко», в шоу Week & Star на Европе Плюс.

«СТС» ведет последовательную летопись десятилетий. Мы перелистнули 1980-е, и начинаем страницу – 1990-е и выше. Кем стал Ян Цапник в этой многообещающей драме или комедии? Что это, кстати?

Ян Цапник: Я бы сказал, что это музыкальная комедия. Там очень-очень много музыки, хитов 1990-х годов, начала 1990-х, конца 1980-х. В общем, Ян Цапник в этом проекте стал новым русским в малиновом пиджаке по кличке «Доктор». И у меня свой ресторан. И весь молодняк, который играет у нас там в главной роли, они все тусуются у меня. И я их опекаю. Я им и отец, и мать, и защищаю их, и тут же довольно иногда строг с ними бываю. Но они поют у меня в ресторане.


 

Александр Генерозов: А что ощутили, почувствовали, когда гримеры и костюмеры принесли эти артефакты: эту голду мощную, этот малиновый пиджак? Какие чувства нахлынули?

Ян Цапник: Чувство ностальгии, потому что все мы родом из детства. Поэтому вспоминается только хорошее. Плохое, как правило, что в армии не вспоминалось никогда, что в 1990-х и 2000-х было, иногда плохое не вспоминалось. Поэтому я ощущал, когда надевал костюм, часы «Ролекс», раскладушку «Моторола» (тяжелая, гадина), эту барсетку, цепи золотые когда надевали, я ощущал какой-то внутренний подъем, вдохновение, желание похулиганить и вспомнить молодость.

Александр Генерозов: Тоже своего рода весна.

Ян Цапник: Конечно.

Александр Генерозов: В названии сериала есть слова «весело и громко» (название сериала «90-е. Весело и громко»). Какие эпитеты вы бы сами еще добавили к 1990-м?

Ян Цапник: К 1990-м годам – весело, громко, белые ночи, запах чудовищный, дикий и потрясающий по своему впечатлению. Это запах сирени на Марсовом поле. Потому что мы дарили девочкам букеты, мы рвали эту сирень, ее было там до черта. Между нами, сейчас ее немножко меньше стало. Но за нами гонялась милиция и нас очень вообще гоняли. Как-то безбашенно мы вели себя. Это было очень громко и весело. Само название говорит само за себя. Других эпитетов здесь тяжело подобрать.

Александр Генерозов: Я вот посмотрел, у вас Рома Курцын играет роль ВДВшного дембеля на барабанах. Вам, как некогда десантнику, хотелось поправить паренька: «Ну, как ты?!», или Рома такой, что хоть сейчас в парк Горького выпускай?

Ян Цапник: Ну у нас таких в нашем взводе спецразведки не было, потому что такого в лесу-то и не прокормить. Все были более-менее худенькие, небольшого роста. А вот уже ДШБ, Ромке туда в ДШБ (десантно-штурмовые бригады). Там как раз все большие. Идут напролом, не думая, не оглядываясь. Ромке это удалось сделать.

Александр Генерозов: ВДВшник из него получился убедительный?

Ян Цапник: Получился замечательный.

Александр Генерозов: Вы свои ремарки в сценарий вносили? Потому что мне сложно представить человека, который жил в 1990-е, и видит готовый скринплей, готовый сценарий от режиссера, и свои какие-то пометки не вставит.

Ян Цапник: Конечно, потому что люди, которые создавали, рожали, можно сказать, этот продукт, они не все моего возраста, и поэтому они были детьми в 1990-е годы. Поэтому, конечно, отчасти переслушивали, что-то разрешали, какие-то уточнения, какие-то интересные предложения они воспринимали хорошо и разрешали, с моей стороны.

Александр Генерозов: 1990-е помимо стиля в одежде мне как мужчине запомнились еще и обилием совершенно культовых автомобилей. Я думаю, вы должны были как бизнесмен, новый русский – я имею в виду по фильму вашу роль – довелось ли вам поуправлять тачками мечты, которые, может быть, в 1990-е были просто недоступны?

Ян Цапник: На этих съемках – нет. Потому что я крутой, человек по кличке Доктор, бандюган, как я их называл, «мишки Гамми».

Александр Генерозов: Почему «мишки Гамми»?

Ян Цапник: Потому что мы тогда озвучивали и «Черепашки Ниндзя», по ночам халтурили, и всякие National Geographic, BBC, и фильмы для взрослых даже иногда встречались. И часть мы подписывали «Мишек Гамми», то, что не справилась Москва, потому что Питер и Москва периодически подбрасывали друг другу работы, добавляли. Но нам как артистам это было по кайфу, и за это тем более платили деньги, потому что заработные платы были в театре копеечные.

Нет, в этом проекте я не управляю этим 600-м Mercedes, но, когда в него садишься, чувствуется мощь, надёжность, и мягкость кожаных сидений.

Александр Генерозов: Вы упомянули, что сериал очень музыкальный, и там используются хиты 1990-х. Вы приглашали музыкантов на роли в качестве камео? Как называется?

Ян Цапник: Я не совсем владею информацией, потому что мой персонаж там поет только один раз – на свой юбилей, когда ему 50 лет, «It’s my life» мы поем, и то я подпеваю. А так, ребятки действительно глубоко погрузились, и были и музыканты приглашенные, и очень серьезно создатели проекта подошли к этому. Поэтому ребятки выглядели, вся наша молодая грядка, как настоящие профессиональные музыканты. Рома даже посещал курсы ударников. Он научился барабанить. Как-то у него это получилось.

Александр Генерозов: Ян, по вашей профессии, я так понимаю, что актер – это пластилин, глина, в конце концов, tabula rasa, то есть человек, который должен превратиться в кого-то без остатка, целиком. Куда в этот момент актеры девают свое «я»? Для меня этот вопрос, как никогда никого не игравшего, очень интересен.

Ян Цапник: Сложный вообще разговор. Начнем с того, что я в предлагаемых обстоятельствах в моем возрасте мало кому интересен, поэтому нужно играть и себя, и еще кого-то.

Александр Генерозов: Вы скромничаете.

Ян Цапник: Да. Это всё надо объединить. Поэтому стараешься играть совершенно разные роли, начиная с фашистов, заканчивая маньяками, либо очкариков, либо влюблённых обманутых музей. Стараюсь разнообразно существовать.


 

Александр Генерозов: Я все-таки вернусь в 1990-е. Вы преобразились в нового русского, в бизнесмена, вошли в роль, и вдруг ассистент или помощник режиссера, вдруг кто-то потревожит вас, или гример, и может ему прилететь не от Яна Цапника, а от бизнесмена, и сколько надо секунд либо миллисекунд, чтобы вернуться в жизнь реальную?

Ян Цапник: Нет, сумасшедший – это не значит по-настоящему сойти с ума. Театр есть театр. Это же не анатомический театр. Нельзя по-настоящему поверить в то, что ты играешь, надо как-то отстраняться от этого. Можно верить в какие-то минутки, но если ты будешь каждый раз верить, ты будешь актер на один фильм. Дальше всё это либо Кащенко, либо на Питере Пряжка (есть тоже замечательное место). Я думаю, что я не первый, кто об этом уже так рассуждает. Потому что иногда входишь в роль. Но это не значит, что если ты играешь маньяка, ты должен убить (как в «Методе»).

Александр Генерозов: Кого, кстати, не стали бы никогда играть? Маньяка пришлось.

Ян Цапник: Честно, кого играть… Знаете, что солнечного долбодуя на солнечной полянке, что Гамлета – мне всё равно. Какая разница, плакать или смеяться? Главное – получать от этого удовольствие, и заряжать себя и других энергией.

Александр Генерозов: То есть это всегда вызов, и отказываться от него – это непрофессионально?

Ян Цапник: Да. Я бы не стал только сниматься в совершенно плохих сценариях у плохих режиссеров.

Александр Генерозов: Больше фактов о нашем госте и его профессии узнаем в серии быстрых вопросов. Ответы принимаем всегда в любом формате. Актер должен помнить большие куски текста. Есть у вас лайфхак, как запомнить роль, как выучить ее?

Ян Цапник: Это беда, это проблема. Сейчас начинается проект у Романа Волобуева. Там у меня большая роль, главная. Но я даже не могу представить, как я выучу это всё, потому что выучить это невозможно. Это надо понять и прожить.

В театре проще. В театре мы сидим за столом, репетируем сначала, потом ножками-ножкам и по сценам, по картинам, и как-то это запоминается. Но там происходит это на протяжении где-то 3-4, иногда 6 месяцев. А в кино завтра один талмуд текста, послезавтра два других. И начинаешь сходить с ума. В общем, я искренне завидую людям, которые запоминают текст сразу. Я это запомнить сразу не могу. Я каждый раз мучаюсь.

Александр Генерозов: Как и мы все. Признаться в пламенной любви к женщине, а при этом, глядя в просветленную оптику объектива, надо что-то представить себе? Как это можно?

Ян Цапник: Кто представляет? Я не знаю… Часто бывает, играешь с кем-нибудь – правда, это не совсем удачный пример, – ты говоришь про любовь, а у нее стоит, как раньше говорили, в глазах: «Где купить курицу?». Такое редко встречается. Поэтому надо поверить, заставить себя поверить. И, в конце концов, начинаешь верить. Главное – вовремя из этого выйти, потому что дома семья.

Александр Генерозов: Это да. А в театре на каком месте фокусируется взгляд актера? Где сидит воображаемый ответчик?

Ян Цапник: У нас в Большом драматическом театре всегда говорили: «Надо играть и посыл отправлять на 14-й ряд». Это такой загадочный ряд. И тогда полное ощущение у зрительного зала, что говоришь ему, говоришь каждому.

Александр Генерозов: А те, кто сидит на 14-м, наверное, сгораю от энергии.

Ян Цапник: А там лиц-то не видно на 14-м ряду.

Александр Генерозов: Разрезанная луковица для быстрых слез – это до сих пор еще актуальный рецепт?

Ян Цапник: Кому что. Кто-то мажет луком глаза, у кого-то специальные капельки есть, кому-то гримеры закапывают так, сяк… Но не знаю, надо как-то поверить и по-настоящему заплакать, потому что если ты ненастоящий, не по-настоящему плачешь, переживаешь, то ты и артист такой ненастоящий. Но это приходит с опытом, потому что оценку нельзя сыграть, ее можно только прожить, поверить.

Александр Генерозов: С режиссером кто-нибудь спорит? И кто больше спорит: необстрелянный, начинающий актер, или тот, кто уже чувствует себя в статусе?

Ян Цапник: Необстрелянные, они не понимают еще. Они говорят: «Это говно, это нельзя говорить», а ты пытаешься не обидеть режиссера. И я же человек уже более-менее опытный, с опытом. И ты к режиссеру аккуратно подходишь и говоришь: «А может, вот так?». Но нужно говорить это не в день съемок, а за два дня еще лучше, за два дня по поводу этой сцены. Он говорит: «Да не надо, наверное, не надо. Хорошо написано», я говорю: «Хорошо, тогда не надо». Но ты же запустил торпеду ему в голову уже. И она крутится у него сутки, вторые. И потихоньку опять предлагаешь. Как правило, соглашаются.

Александр Генерозов: В 1990-х, как вы упомянули, получилось взаимодействовать с режиссером.

Ян Цапник: Там, я говорю, великий, замечательный режиссер Игорь Волошин. Это счастье, с такими работать. У него всегда уши открыты. И даже креативные продюсеры в чем-то соглашались. Они меня уже знают, что я никогда на себя одеяло не потяну, и как шакал наигрывать не буду. Но их задача – следить. А то, если я скажу свой текст, другой скажет свой текст, то начнется бардак.

Александр Генерозов: Машина времени перед вами. Введите место, дату, время, будущее, прошлое…

Ян Цапник: 2001 год, 16 мая, 16:10 – родилась моя дочка Лиза.

Александр Генерозов: Смотрите, три занятости актера – это театр, полный метр, полнометражное кино, и сериалы. Справедливо ли их располагать в такой ряд, как от прародителя, к тому, что в итоге мы имеем сейчас? И почему все-таки сериальный жанр отдавил пятки кино, и, мне кажется, театру он тоже немножко поперек?

Ян Цапник: Я служил в Большом драматическом театре 14 лет, но вынужден был в 2005 году уйти, потому что поклонники – там пять главных ролей у меня было – это всё замечательно, но заработные платы маленькие, и в кино не пускали. Надо было уходить из театра, потому что уже малыш перерос пеленки. Театр – это самое главное, что есть у актера. Сейчас без театра скучновато, и пытаешься как-то разнообразить роль: и полные метры, и сериалы, и пытаешься играть то, что ты не играл никогда, пытаешься по-другому к этому относиться, еще что-то. В общем, как-то пребываю без театра пока в унынии. Но то, что приглашают и предлагают играть в разных театрах, не буду называть каких, – это немножко не мое.

Александр Генерозов: Сейчас все меряемся челленджами, то есть вызовами какими-то. А в чем главный вызов сниматься в сериале именно? Это постоянная гонка какая-то, что надо успевать по хронометражу?

Ян Цапник: Во-первых, да, конечно, это гонка, но только последний идиот поставит большой хронометраж, потому что ничего хорошего не получится. И, в принципе, бывает 3-4 сцены в день, бывает 5, когда цейтнот такой. Бывают переработки. Но другое дело – обилие текста, потому что, когда ты дома и думаешь, что ни черта не получится, на площадке оно как-то идет. Да и в кино то же самое сейчас бывает. Это раньше же были репетиции, по 1,5 минуты в день выработка. Теперь кино немножко другое, поэтому нужно быть максимально собранным и готовым, и не спрашивать у режиссера, потому что у тебя было раньше время спросить. И горе тому артисту, кто на площадке говорит: «Слушайте, я не понимаю, что я здесь делаю». Ему говорят: «Да пошел ты туда, там выход с площадки. Туда иди и разбирайся».


 

Александр Генерозов: Сколько занимают съемки одного сезона? Например, в «90-е» вы снимались. Что такое блок съемок? Это месяц, год? Как нам понять?

Ян Цапник: До 40 лет, честно скажу, время тянулось медленно. Для меня, так как одной попой, как всегда, сидишь на нескольких проектах… Как-то там снялся, там снялся, в Казахстан улетел, снялся, на Майорку слетал, снялся, там снялся, в Питере снялся, в Москве снялся. И такое ощущение, что, бац-бац, уже и лето прошло. Только мы с Мишей Ефремовым буквально недавно закончили большой-большой проект – великий проект будет – называется «Конек-горбунок», продюсер Сельянов​, там такие технологии! Это просто такой наш «Аватар», там города целые построены. Тоже как-то вроде встретились, а он уже закончился. И быстро теперь в нашем возрасте проходит работа. Когда еще в удовольствие, так оно вообще мимолетно.

Александр Генерозов: «90-е» принесли немалое удовольствие…

Ян Цапник: Конечно.

Александр Генерозов: Кстати, как вам «Оскар»? Смотрели ли вы режиссерский дебют Брэдли Купера «Звезда родилась»?

Ян Цапник: Если честно, я очень обожаю эту премию, но как-то не получается никогда ее посмотреть. Потому что, когда есть свободное время, наберешь фильмов нуар 1940-1950-х годов, посмотришь Фрица Ланга или Дмитрика, что-то такое классическое.

Александр Генерозов: А дали «Оскар», не дали «Оскар», да и любую другую премию… Я думаю, что когда режиссер или актер принципиально нацеливается именно на получение какой-то премии, во-первых, это ощущается по работе, потому что есть, как говорят кинокритики, потому что нацелены на определенную прямо даже премию, а что-то теряется при этом? Люди лишают себя свободы сами?

Ян Цапник: Это как артист, который идет в политику, он пропадает как артист. Или как человек, который поставил себе цель, и ради этой цели что-то делает. Но цель – это не самоцель в жизни. Надо получать удовольствие. Надо снимать хорошее кино. А там, вот мне два раза не дали «Золотой орел». Ну, и что, я сошел с ума? Не дали и не дали. Какая разница? Сегодня не дадут, так завтра дадут. Не дадут, так другое что-то дадут. Это без разницы. Главное – получать удовольствие, радовать себя, и, что немаловажно, радовать семью и зрителя.

Александр Генерозов: И все-таки для чего люди получают эту премию? Для чего такие страдания? Для чего такие мучения? Это в первую очередь улучшает финансовый показатель впоследствии их, или это все-таки ярмарка тщеславия та самая?

Ян Цапник: Я думаю, что это ярмарка тщеславия, с одной стороны. С другой стороны, конечно, у них там более выгодные контракты.

Это как на пляже. У меня был случай, был выходной на фильме «Горько», гулял по набережной, а там была обезьянка, павлин и хорек. И народ пошел фотографироваться со мной. В итоге подходит хозяин этих дверей через 15 минут, говорит: «Мы вас любим, но отойдите хотя бы метров на 100, потому что с нашими зверюшками перестали сниматься». Поэтому я думаю, что, наверное, получив «Оскар», будут какие-то предложения еще и еще. Но люди зачем предлагают? Кто-то искренне с чем-то хорошим придет, а бо́льшая часть просто будет пытаться на этом заработать. У меня такое убеждение. Поэтому для меня все эти призы – это ярмарка тщеславия. Высоцкий, ну, что, он был народным артистом? Может, еще кто-то был? Но их знают, помнят, любят, и будут любить всегда.

Александр Генерозов: Кино делится не столько на наше и иностранное, сколько на плохое и хорошее. Как сделать, чтобы наше кино всегда было в категории хорошее, наверное, никто точно не знает, но мы все-таки спросим у нашего гостя, а наш гость – это актер Ян Цапник. Вот у вас в руках волшебная палочка, и вот вы можете сделать несколько пасов, и в результате этого изменится всё, что вы пожелаете. Но смотрите, слишком много не загадывайте. Она неизвестной силы.

И первый пас – «крэкс, пэкс, фэкс!» И что меняете в нашем кино?

Ян Цапник: Знаете, есть поговорка в кино: «Какой стол, такой и стул». Я надеюсь, что в нашем кино сейчас это более распространенное явление стало, когда нормальный адекватный продюсер появляется, когда появляется талантливый, адекватный и знающий, что он делает, режиссер. Не по объявлению набранный, а потому что он выжил и жил с этим сценарием, он выживал два года, держал два года этот сценарий, он сам его написал, либо хороший сценарист, хороший артист. И когда все бомбы эти падают в одну воронку, то будет хорошее кино. Так что можете не сомневаться. Это самый главный алгоритм и самая главная формула хорошего кино.

Александр Генерозов: Значит, хороший продюсер, хороший сценарист, хороший режиссер…

Ян Цапник: И хорошие актеры. И еще немаловажно – какой-нибудь очень хороший оператор.

Александр Генерозов: А если палочка волшебная следующим взмахом даст неограниченное финансирование, это насколько пропорционально изменит качество фильма? Все говорят, что в Голливуде просто гораздо более дорогие технологии, и на один их фильм мы снимаем 10 наших.

Ян Цапник: Я вам больше скажу. Мы даже сегодня с Федором Бондарчуком вспоминали, что когда мы снимали «Призрака», там не было ни одного самолета, это всё нарисовано на компьютере. Но вы отличите на экране? Вряд ли. Технологии уже есть. И наши компьютерщики кучей там за океаном работают. Они и делают и «Аватар», и всё. Это же наши там сидят в большинстве своем.

Так что как вам еще раз объяснить? Надо правильно распоряжаться финансами. И если забита смета, эта смета и должна быть этой сметой, а не так, что потом оказалось, что надо снимать лаву всадников, а там всего шесть лошадей и четыре казака, и они ходят по кругу, и никто это не понимает.

Александр Генерозов: Хорошо. На второй взмах палочки мы даже не столько деньги, сколько хорошего бухгалтера.

Ян Цапник: Я думаю, что порядочного продюсера нужно.

Александр Генерозов: И давайте третий взмах, потому что три – красивое число. Что еще нашему кино можно пожелать? Систему обучения надо менять?

Ян Цапник: Нет, не надо менять, она вполне достойная.

Александр Генерозов: И она смогла перешагнуть в том числе и 1990-е, громкие и веселые.

Ян Цапник: Я вам больше скажу: никакая война ее не добила, и никакая разруха ее не подвела. Как-то наоборот, народ закалился. Посмотрите, какие чудные замечательные актеры у нас, и старшего поколения, какие режиссеры. Дай бог им здоровья. Не будем называть фамилии, потому что, если кого-то не вспомним, могут обидеться. Так что пожелать можно только одного.

Знаете, иногда, когда кажется, что всё пропало, как сказали древние китайцы: ничего не бывает рано или поздно, все бывает вовремя. Дойдет у нас, дойдет. И можно пожелать только одного – удачи.

Александр Генерозов: Ян, нам всем хочется из того, что мы слышим, и от наших гостей, получить какое-то полезное знание. Вы наверняка знаете, как человек сможет в себе определить актерские способности. Есть ли какой-то простой тест, что человек возьмет в руку мобильный телефон, включит камеру в положение селфи, видеозапись, и, например, продиктует какой-то монолог, потом, прослушав его, поймет, годится он в актеры или нет?

Ян Цапник: Для универсального теста нужен мастер, который будет вести четыре года – как у нас Владимир Викторович Петров вел наш курс замечательный. Там и Лифанов учился, и Сергеев, и Мужикян, и Хоронько, и Климушкин, Нагиев. У нас хороший курс был, такой веселый.

Александр Генерозов: Хорошо. Ни приложение на смартфоне, ни монолог. Хорошо, послушали нас девчонки, ребята, и подумали: «А почему бы мне не попробоваться в актеры? Что надо сделать тогда, куда пойти?».

Ян Цапник: Плюнь на всё и иди в институт. Закончи школу и иди поступай, и никого не слушай. Потому что, рано или поздно, если в тебе это есть, это всё равно выйдет.

Александр Генерозов: Ян, и последний вопрос традиционно задаю всем гостям: не знаете ли вы, где зарыты самые сокровенные, самые глубинные запасы счастья? Потому что все его ищут, но не все находят.

Ян Цапник: Не знаю, если честно. Формулы-то нет. Счастье – это, наверное, когда семья, когда ребёнок, когда жена (Галя моя), когда теща моя любимая Августа, когда мама из Челябинска, созваниваюсь, когда друзья. Вот это счастье. И счастье, когда любимая профессия существует.

Александр Генерозов: Ян, спасибо огромное за то, что смогли найти время для нас. Приходите к нам еще.

Друзья, Ян Цапник, замечательный артист театра и кино провел сегодня с нами воскресный вечер на Европе Плюс. Оставайтесь с нами, и вас ждет только лучшая музыка и только самые горячие хиты. Александр Генерозов, Week & Star. Пока!

Ян Цапник: И всем желаю удачного просмотра! Наслаждайтесь, наслаждайтесь, наслаждайтесь!


 

Европа Плюс
Больше Хитов! Больше Музыки!
Прямой эфир
Громкость
Другие станции
Европа Плюс
Перейти на сайт
Сейчас в эфире:
...
...
Другие станции
Основной эфир
Европа Плюс
Больше Хитов! Больше Музыки!
Основной эфир
Высокое качество
TOP 40
Европа Плюс / TOP 40
Больше Хитов! Больше Музыки!
TOP 40
Party
Европа Плюс / Party
Больше Хитов! Больше Музыки!
Party
LIGHT
Европа Плюс / LIGHT
Больше Хитов! Больше Музыки!
LIGHT
NEW
Европа Плюс / NEW
Больше Хитов! Больше Музыки!
NEW
Urban
Европа Плюс / Urban
Больше Хитов! Больше Музыки!
Urban
Акустика
Европа Плюс / Акустика
Больше Хитов! Больше Музыки!
Акустика
ResiDANCE
Европа Плюс / ResiDANCE
Саундтрек твоей субботней ночи!
ResiDANCE
Основной эфир
Радио 7 на семи холмах
Отличные песни одна за другой!
Основной эфир
Высокое качество
Настроение любить
Радио 7 на семи холмах / Настроение любить
Настроение любить!
Настроение любить
Настроение счастья
Радио 7 на семи холмах / Настроение счастья
Настроение счастья!
Настроение счастья
Наедине с музыкой
Радио 7 на семи холмах / Наедине с музыкой
Наедине с музыкой!
Наедине с музыкой
Основной эфир
Дорожное Радио
Вместе в пути!
Основной эфир
Высокое качество
Танцы по-русски
Дорожное Радио / Танцы по-русски
Дискотека с доставкой на дом!
Танцы по-русски
Рок-клуб
Дорожное Радио / Рок-клуб
Рок-клуб
Рок-клуб
Ностальгия
Дорожное Радио / Ностальгия
Ностальгия
Ностальгия
Основной эфир
Новое Радио
Суперхиты. Суперновинки
Основной эфир
Основной эфир
Ретро FM
Лучшая музыка 70х, 80х, 90х!
Основной эфир
Высокое качество
Ретро FM 70e
Ретро FM / Ретро FM 70e
Лучшая музыка 70х!
Ретро FM 70e
Ретро FM 80e
Ретро FM / Ретро FM 80e
Лучшая музыка 80х!
Ретро FM 80e
Ретро FM 90e
Ретро FM / Ретро FM 90e
Лучшая музыка 90х!
Ретро FM 90e
Вечеринка Ретро FM
Ретро FM / Вечеринка Ретро FM
Танцуют все!
Вечеринка Ретро FM
Ретро FM Сан-Ремо
Ретро FM / Ретро FM Сан-Ремо
Ретро FM Сан-Ремо!
Ретро FM Сан-Ремо
Основной эфир
Эльдорадио
Вы слушаете «Эльдорадио»
Основной эфир
Кекс
Дорожное Радио / Кекс
Привет, 90-е!
Кекс
Свежее
Европа Плюс / Свежее
Самые сочные русские новинки!
Свежее
Основной эфир
Studio 21
Hip-hop radio
Основной эфир
Основной эфир
Калина Красная
Музыка русской души!
Основной эфир